Читайте на Zefir.ua

Изобритатели музыки

Изобритатели музыки

Они ворвались в эфир радиостанций с фирменными «кричащими» гитарами, превратили залы советских ДК в площадки с танцполами, научили ждать под дождем, ввели в музыкальный обиход слово «райдер» и уже в начале 90-х стали классическими рок-звездами. GREEN GREY – это культура, философия и образ жизни. Дмитрий Муравицкий и Андрей Яценко, более известные как МУРИК и ДИЗЕЛЬ, изменили формат украинской музыки и вот уже два десятилетия задают курс стильной музыкальной культуры страны. 1 июня друзья коллектива соберутся на грандиозной юбилейной вечеринке GREEN GREY «20 лет в рок-н-ролле». Без сюрпризов не обойдется – кроме музыкальных подарков от Gorchitza, ТНМК, «Скрябін», С.К.А.Й., «Диверсантов» и «рокотеки» до утра, во время исполнения свежего хита «серо-зеленых» «Темнота – друг молодежи» будет установлен новый мировой рекорд – несколько тысяч человек одновременно завяжут глаза… GREEN GREY не привыкать быть первыми!

Изобритатели музыки

Z: 20 лет назад вы в числе первых вышли на Крещатик в ковбойских сапогах – так появился повод для знакомства… Green Grey начинался со стиля?
Мурик: Да, были времена: длинные волосы, узкие джинсы, «ковбойки»… Но буквально года через два в моду вошли кеды и баскетбольные кроссовки!
Дизель: Все это было частью глэм-культуры, представителями которой мы являлись – с нее все и началось… Тогда мы были увлечены идеей, что глэм изменит мир. (Смеются.)
М.: Green Grey всегда находился на острие мирового мейнстрима, не зря ведь Киев – европейский город в непосредственной близости к западным энергетическим центрам. В начале 90-х все самые актуальные тенденции распространялись через субкультуру.
Д.: Мода была чем-то переходящим из уст в уста. Выходил журнал «Лель» (советский аналог «Плейбоя» – прим. ред.), и были еще какие-то…
М.: …издания в формате «крестьянка-работница»? (Смеется.)
Д.: Для новой молодежи, которая шла за нами, имело значение две вещи – модно выглядеть и слушать модную музыку. Поэтому мы позиционировались не как рок или хип-хоп-команда, а прежде всего как модная молодежная группа.

Z: Как теперь опознать «своего» человека, по каким признакам?
М.: Это что-то внутри…
Д.: Потому что мода в переизбытке. Наступило время декаданса…
М.: Пресыщенности.
Д.: Декаданс – это конец всех настроек – можно одновременно носить кеды, кожаные штаны, ковбойскую шляпу и тулуп.
М.: Главное, трусов не надевать. (Смеется.)
Д.: Допускаются любые комбинации. Все смешалось. Мы стоим на пороге музыкального ренессанса.
М.: На самом деле все вернулось на круги своя. Когда мы познакомились, был тот же декаданс – старые устои рухнули, а новые еще не возникли. У нас появилась возможность создавать что-то новое.
Д.: Я уверен, что современные радиостанции и телеканалы устали от корпоративных проектов – герлз-бэндов, бойз-бэндов, жен и детей олигархов. Сложно представить, что зритель, чтобы попасть на их выступление, предварительно покупает билеты в кассе. Для меня, например, настоящим откровением стала новость о первом сольном концерте группы «Неангелы»!
М.: Девочки выступают уже не первый год, и только теперь это произошло. Браво, Юра, (Никитин – прим. ред.), браво герлз! Молодцы! (Смеется.)
Д.: Когда-то только топ-менеджер крупной компании мог осмелиться заказать на свой день рождения или корпоратив какую-то группу. Сегодня люди снова стали проявлять
интерес к коллективам, которые что-то делают – дергают за струны, извлекают живые звуки…
М.: И в эфир просто так уже не пролезешь.
Д.: Теперь не достаточно стильно одеваться, чтобы ходили на твои концерты.

Z: Вы первыми пробились на МТV, заключили контракт с Pepsi, выступили на сцене с диджеем, балетом и пиротехникой. Какие ваши достижения никогда не попадут в Википедию?
М.: Многие. «Желтизна» нынче в моде, но мы не вели дневников… Хотя, наверное, зря!
Д.: Никак не можем отыскать хоть немножечко «желтого» в себе, чтобы придумать сюжет для программы «Максимум».
М.: Наша жизнь устоялась в правильном смысле этого слова. Бегать за бабами до 50-ти лет? Это же глупо!
Д.: Теперь они за нами бегают.
М.: Вот именно! Многое изменилось, но во главе всего у нас по-прежнему музыка, а это, как оказалось, не так интересно, как истории о том, где мы были и чем занимались. Если я и был где-то – это было давно, как и все, что я мог сделать – уже сделано! Правда, Андрюха? Кстати, здорово, что напомнили – захотелось снова заглянуть в энциклопедию. Может, я даже какие-то правки внесу.
Д.: Куда? В Википедию?! Там придется почти все переписать! К примеру, что Green Grey – больше не играет в жанре поп-рок. В начале 90-х, когда в Украине не было попсы, мы придумали стеб на брит-поп – посыл о том, какой должна быть такая музыка – гитарной, расстроенной… Тогда этот юмор все поняли, но в 2013-м такое мог написать только человек, который никогда не слышал нашей музыки. Какой же мы нахрен поп‑рок?!

Изобритатели музыки

Z: Мурик как-то сказал: «Музыка – это не лопата, это религия». Как быстро установить контакт с Высшей силой?
М.: Через посредника. Религия – это в идеале, а в реальности все не совсем так. На голой философии далеко не уедешь – даже самый талантливый артист нуждается в продвижение продукта – в хорошем менеджере. Пусть в меня полетят камни, но я все-таки это скажу… Я терпеть не могу The Beatles! Потому что на то время было огромное количество гораздо более талантливых музыкальных коллективов. Взять хотя бы Kings или The Byrds, где уже давно играл на гитаре Джимми Пейдж и пел Роберт Плант. Но об этом никто не знает благодаря талантливейшему менеджеру Брайану Эпштейну. Хороший менеджмент – обязательная составляющая любого дела. Ты можешь иметь семь пядей во лбу, но тебе может не повезти так, как повезло этим ребятам из Ливерпуля.
Д.: Дима прав. Тогда существовало множество крутейших экспериментальных групп, на фоне которых The Beatles смотрелись просто проектом для телеаудитории. Тогда телевизионные шоу только зарождались – телевидение училось работать с массами, и огромное значение имело наличие визжащих девочек. А The Beatles были удачным шоубизнесовым бойсбендом с качественным менеджментом… Мы, например, всегда считали, что музыку нужно не сочинять, а изобретать. Достижение Green Grey – собственный неповторимый стиль – наша религия. Играть музыку, которую играет кто-то еще, нам не интересно.
М.: У каждого свой путь. Клиширование – неплохой вариант для масс. Например, я не люблю «Ночных снайперов», но могу сказать, что у Арбениной неплохо получается. Я не являюсь поклонником ее музыки, но она, безусловно, выдающаяся артистка.

Z: Какой ваш самый необычный музыкальный эксперимент?
М.: Пересматривая на днях нашу «энциклопедию», я получил огромное удовольствие от номера «Нечего терять» из мюзикла «Золушка», в котором мы были викингами.
Д.: А один из самых ярких экспериментов – выступление с симфоническим оркестром.
М.: Один из самых необычных, пожалуй.
Д.: Многие группы стремятся прикоснуться к чему-то великому, к опере или к струнному оркестру. В начале 2000-х годов мы успели поиграть и с квартетами, и с квинтетами, и с большим национальным симфоническим оркестром.
М.: Здесь мы в определенном смысле дошли до ручки, поэтому на последнем симфоническом концерте даже барабаны убрали. (Смеется.)
Д.: У нас были академические аранжировки, в отличие от всех симфонических концертов с рок-группами – Scorpions, Metallica, «Океан Ельзи», ТНМК.
М.: Согласись, артисты везде были только фоном…
Д.: Да. Оркестр играл, как клавишник.
М.: А мы пели под оркестр! (Смеется.)
Д.: Я, например, ждал своей ноты по 16‑30 тактов: там-трам-па-па-па-ПАМ. И дальше сижу-жду. (Смеется.) Очень интересно!
М.: Некоторые наши коллеги за нас ужасно переживали. Алексей Большой меня все время доставал: «Боже, мне тебя так жалко! Как же ты, бедный, без барабанов?!». Я отвечал, что в армии не служил и мне барабанов не нужно. (Смеется.)

Изобритатели музыки

Z: Вы знаете формулу лучшего возраста самой сочной, открытой для музыки публики и уже много лет влюбляете в себя «новых» 17-летних. Как менялись их вкусы от 90-х до сегодня?
Д.: 17-летние всегда требуют честности к себе и очень четко чувствуют, когда на них натягивают какую-то шапочку не по размеру, пытаясь рассказать о том, чего они не понимают. Они настоящие – их просто так не обманешь. Наш принцип работы с 17-летними – выпускать каждый новый альбом в абсолютно новом стиле. Сейчас, например, мы используем в аранжировках элементы дабстепа. При этом нельзя сказать, что сегодня Green Grey в дабстепе или что наш первый альбом был в хип-хопе. Это всего лишь использование современных тенденций в рок-аранжировках.
М.: В этом смысле мы, как Queen. О них многого не знают, потому что в основном муссируется всего пара их песен. А они ведь прошли не только через фанк и хард‑рок. Их стиль невозможно определить, как и Led Zeppelin. Они не стали архаичными, как Deep Purple или Nazareth.
Д.: Мне, кстати, нравится одна архаичная группа – Aerosmith.
М: Это не архаика, брат! Aerosmith – вечно модная группа. Модная музыка – это Led Zeppelin, Queen и… Green Grey, надеюсь.

Изобритатели музыки

Z: Всегда быть модным или быть собой – вам приходится выбирать?
М.: Нет!
Д.: Странно жить 90-ми в 2013 году! Хоть мы и стали первой группой в СНГ, которая освоила новые технологии и записала свой альбом на компьютере. Первый компьютер был подарен консерватории…
М.: …чтобы они Герберта фон Караяна записывали. (Смеется.)
Д.: Так мы и делали свой первый альбом. А до этого все писалось традиционным способом – на пленку на студии звукозаписи. Помню, как экспериментировали с вокалом. Мурик пел то на октаву вверх, на октаву вниз. Также появилась возможность регулировать тон гитары, что невозможно было сделать на пленке.
М.: Мы такое вытворяли!
Д.: Сейчас продолжают развиваться новые технологии. Диман, я позавчера у себя на «Джеме» видел совершенно безумного басиста! Представь, примочка: бас-гитара и кольцо. Все работает за счет волн. Он делает так рукой – БЕММММ, а с кольцом получается как-то так – ВАУВАУВАЭУВЕУЭУВУУУ.
М.: Это схема Термина Вокса!
Д.: Да, только он задает тональность. Двигая этим кольцом в любую сторону от гитары, он создает разную вибрацию звука. Все это звучит, как дабстеп онлайн. Я в шоке! Уверен, что через пару месяцев это будет обычная примочка, которая делает так: ВАУВАУВАУВАУ. (Смеется.) Поэтому, естественно, быть собой в нашем случае – это оставаться молодыми. Мы стараемся не расплескать «молодость» нашей музыки. Если делать в сотый раз одно и то же – это, во-первых, не интересно, а, во‑вторых, не производит никакого впечатления на молодежь. Даже если нас просят что-то повторить – у нас не получается.
М.: Потому что не может быть две «Мазафаки» или «Подождем под дождем». Лучше придумать новое произведение.
Д.: Тому, что на наши концерты ходят пять поколений, мы благодарны нашему месторасположению в жизни…

Z: Кто из вас «мозг», а кто – «сердце» Green Grey?
Д.: Мы не разделяем друг друга на части тела. (Смеется.)
М.: Наше медицинское прошлое – в прошлом.
Д.: Принято считать, что музыка – Дизеля, а лирика – Мурика, но это тоже очень условно. Мы незаменимы друг в друге.
М.: Мы можем заниматься чем угодно, но организм под названием Green Grey был, есть и будет – как инь и ян – эта схема переворачивается.

Изобритатели музыки

Z: «Сольные» Дизель и Мурик – чем каждый из них хорош сам по себе?
Д.: Дима – настоящий рок-музыкант, один из немногих в нашей стране, который не устает гнуть свою линию.
М.: Когда у меня есть время, я делаю гранж, готику…
Д.: А я – экспериментатор.
М.: Не прибедняйся! Ты создал NoFaces, один из крутейших, на мой взгляд, коллективов. Не потому, что в нем поет мой сын, а потому что это действительно качественная музыка.
Д.: Но больше я не хочу быть продюсером. Никогда! (Смеется.) Вместо этого я организовал для начинающих музыкантов фестиваль Summer sound и «Джем» по понедельникам – у каждого теперь есть возможность заявить о себе. Мне кажется, что продюсер – это тот, кого мучают всю жизнь.
М.: Слишком много забот. Это карма!
Д.: К тому же, музыканты, которые заимели себе продюсера, сразу же расслабляются, думая, что он будет делать всю работу за них. Я навсегда завязал с этим делом. Продюсируйте себя сами! Это официальное заявление!
М.: Между прочим, опыт успешных качественных групп подсказывает, что, как правило, они сами себе продюсеры. К примеру, Pearl Jam никто никогда не продюсировал. Можно временно пригласить человека, который поможет решить организационные вопросы, но не более.
Д.: В этом смысле давно произошла подмена понятий. Понятие «продюсер» в Европе и Америке – принципиально разные позиции.
М.: Настоящий продюсер – это крутой приятный дядька, умеющий играть на многих инструментах.
Д.: Прежде всего он связан с музыкой. Это человек, который скажет, к примеру, что песни у вас хорошие, но звучат они не очень. Задача продюсера – спродюсировать звучание альбома, сделать его теле и радиоформатным. Во всех остальных случаях это просто менеджеры, как Брайан Эпштейн для The Beatles. А у нас богатый дядя вкладывает сотни тысяч долларов в дочку или любовницу и называет себя продюсером. На самом деле он – инвестор.
М.: В Украине слово «продюсер» давно стало ругательством.
Д.: Поймал каких-то музыкантов, сел им на голову и пытаешься что-то вытянуть за счет их таланта. Стоит различать менеджеров, продюсеров и инвесторов.
М.: Какая поучительная статья получается. (Смеется.)

Z: Какие ваши последние музыкальные открытия?
Д.: Amasers, FONTALIZA и «Гапочка» – это три украинских коллектива мирового уровня. Это молодые музыканты, которые не имеют ни менеджеров, ни продюсеров, но играют настолько современную относительно сегодняшнего дня музыку, что это не может не радовать.
М.: А мне понравились «Степан и медуза» – тоже молодые ребята, которые оригинально выглядят и играют. Даже не думал, что когда-нибудь буду слушать арт-рок.

Z: С какой песни лучше начинать знакомство с Green Grey?
Д.: «Подождем под дождем».
М.: Да, пожалуй, с начала.

Z: Когда на пенсию?
Д.: Нам не светит! Тем более возможности интернета позволяют передавать информацию с сегодня на сегодня. Записал песню, выложил в интернет, а в Японии между тем утро – ты уснул, а японцы проснулись и слушают. Они не знают, стар ты или молод, толстый или худой, и в отличие от поколения 90-х для них не имеет значения, из какой ты страны.
М.: Музыка вечна!

Z: Что для вас – вкус жизни?
М.: Чем-то средиземноморским повеяло…
Д.: Это когда ты понимаешь, что находишься на своем месте.
М.: Когда ты тот, кто ты есть, и кем хочешь быть – собой.
Д.: Когда не нужно переодеваться после работы – ни внутри, ни снаружи.
М.: Вкус жизни – это найти свое место.
Д.: Это кайф! Z

Top

Присоединяйтесь к Zefir.ua
в социальных сетях